ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Возможно, вы, читатель, осилив, а может просто просмотрев первые семь глав, все-таки задались вопросом, существует ли не столь трудоемкий способ привести себя в «норму», если случилось испытать стресс или (продолжительную) депрессию? Ответ на такой вопрос положителен. Но, как вы так же понимаете, метод быстрой психорегуляции весьма относителен с позиции категоричной существенности достигаемого покоя и внутреннего равновесия, поскольку, приведенные выше методы радикального характера, безусловно, не сравнить с ним по действию и качеству обретаемого самоконтроля.

Как уже говорилось, стресс возникает из-за внутренней ситуации острого не соответствия субъективной действительности настоящего момента с потребностью личности к какому-то характеру чувственной восприимчивости. Чувственный адаптер сбивается в своем непрерывном действии и «уходит на дно», что бы скоординировать себя, конкретно со связанностью поточных не формаций имеющегося (активного) опыта, вроде как, «вписаться» в сбалансированный причинный поток там, на самой глубине. И пока этого не произойдет, мы будем испытывать стресс, а если «верхний» балансовый ресурс сознания исчерпан и этому адаптеру требуется, соответственно, более погруженный процесс для координации, мы погружаемся в (глубокую) депрессию или крайне возбужденное состояние психики, что совершенно не адекватно текущей действительности, с возможным срывом в поверхностном сознании в психотронный[1] провал психоза.

Чувственный адаптер углубился в «подкорку» сознания, что бы «свести концы с концами». Использует он балансовый ресурс сознания верхнего уровня или нет - на самом деле не важно. Это может иметь значение, только с позиции нашей способности найти в себе (психические?) силы вплотную заняться самими собой, а не просто (ошалело) искать где-то вовне призрачную поддержку со стороны родных, знакомых, кого-то еще. В состоянии, в котором мы начинаем кидаться «из угла в угол», очень сложно сделать пирует, и нащупывая опору руками, зафиксировать себя на середине комнаты «страха». Это образ, конечно. Художественный слепок со стресса, что уже сваливается устойчиво во что-то более конкретное.

Но основная «проблема» не в этом, а в том, что нам нужно суметь снять этот запрет. И сделать это, категорически правильно, потому что, данная операция напоминает извлечение (смещение) адаптивного механизма чувственного восприятия из «подкорки» и фактическое замещение его координаторной сверхподсознательной функции вполне сознательными кооперированными (прямо так и надо сказать) спекуляциями ума в отношении общего психосознательного механизма, но локально выраженными.

Адаптер снова (сразу) начинает вполне полноценно сочетать нас с миром на тонком чувственном уровне, но причина, побудившая его «свернуться» не устранена. Поэтому, необходимо перевести эту причину из сверхподсознательного ее состояния, в поверхностное. Но как же возможно не формацию перевести в состояние содержательности, с поверхностного уровня, даже не умея (психологически) управлять подсознанием? Не возможно, верно. Но мы переводим на сознательный план не саму причину, а лишь ментальный на нее указатель (ссылку). «Адреса» такой причины не существует, она буквально «без роду, без племени». Но мы ощутим ее по прямой связи. Это будет выглядеть, как наитие, которое в полноте станет доступно нам благодаря «всплывшему» чувственному адаптеру. Мы не сможем сформировать это наитие в образ, представление. Мы сможем только понять, что причина нашего срыва коренится, во-первых в нас, во-вторых, что центрируется она (конкретно) на том-то (это может быть и внешний объект, а может опять же - нечто связанное с нашим прошлым). Но, то, на чем центрируется причина не есть отправная точка нашего состояния, это только катализатор стресса.

Нам нужно уединиться, максимально удобно устроиться (в кресле, на диване) и сцепив на животе в замок руки, как можно более расслабленно закрыв глаза, внимательно подумать о том, ЧЕГО МЫ БОИМСЯ. Этот фактор нашей действительности должен быть вполне конкретен и лучше всего, если он будет один; то есть, допустим, мы найдем несколько таких факторов, более или менее для нас существенных: этот (единственный) должен быть самым существенным. Существенней просто некуда. Вы можете сказать, что автор явно перегибает «палку»; в таком состоянии и так не знаешь в какой угол «втереться» лбом, а тут еще полновесно думать о своих страхах... Во-первых, вы это делаете, со вполне четкой целью: преодолеть чрезмерную подавленность или реактивную нервозность. И вы сознательно осведомлены (для самих себя), что, то, что вы делаете, это первый шаг к спокойствию и равновесию, если склонны, конечно, хоть в какой-то мере доверять автору. Если имеет место недоверчивость, то в этом случае, вам никто не сможет помочь, кроме вас самих (?). Проблемы психики имеют тенденцию накапливаться; как и жизненный опыт. Пытаясь успокоиться за счет других, вы создаете у себя иллюзию облегчения. В реальности же, балласт стрессового потенциала, что утончает нить психики («нервные клетки не восстанавливаются» - наверняка знакомый вам общечеловеческий «эпикриз»[2]), неуклонно ведет вас по дороге этого самого, скрытого подсознательно, но въедливого и липучего страха. В конце концов, страха за свою жизнь, потому что каждый стресс подрывает постепенно опоры глубинной (не сознательной) уверенности в себе, накапливая свой убийственный потенциал. Страх смерти - самая бессмысленная и абсурдная «прелесть» психики.

Если вы найдете в себе моральные силы проявить для себя сознательно именно такой страх, то первый этап психотренинга «ПРОБУЖДЕНИЕ» вы завершите даже более, чем на 100%.

Что же, вы, удобно устроившись, будете думать, испытываете или имеете ли вы страх смерти?

Если реально вы его не имеете, вы только уведете свое сознание в сторону от нужного курса. Не нужно фиксироваться на чем-то определенно конкретном, то есть: «Боюсь ли я того-то?», «А боюсь ли я этого?», «Ну, а вот этого?».

Таким образом, вы ведете свое сознание по коридорам террариума, что изобилует ядовитыми змеями и всякой иной опасной нечестью, но вы ведь не склонны полагать, что подвергаете себя опасности, верно? Эти гады за стеклом, причем толстым. Как и наши (полу)скрытые страхи. Мы их по жизни непрестанно и не совсем осознанно загоняем под «стекло». Что бы было с нами, если бы все они до единого собрались вокруг нас, шипя и елозя погаными своими телами у наших ног,.. заглядывая нам в глаза, своими пустыми, но пробирающими до нутра «зыркалами»? Поэтому, подсознательно психика устроилась в этом отношении достаточно универсально. Она, все-таки строит себе (то есть нам) террариум. И если, какой-нибудь страх выползет наружу без внешнего (комплексного) фактора влияния, а в процессе первого этапа предлагаемого психотренинга, то тем более, такой страх будет усердно загоняться подсознанием на свое «застекольное» место[3].

И тем не менее, нам необходимо вытащить наружу самый опасный и жуткий (для психики) свой страх. А для этого, нам для начала необходимо определить, какой из имеющихся (мы кстати вполне сознательно осведомлены о далеко не всех своих страхах) является самым-самым. Очень даже может быть, что у нас это получится буквально сразу. «Я боюсь этого...». И под «этим» мы понимаем, скажем, боязнь потерять любимого человека. Но (!) потеряв что-то одно, мы как правило, приобретаем другое, сходное, но иное, лучшее, может быть. Поэтому, главный страх, это не страх потери, потому что всякая потеря, кроме смерти (потеря себя) потенциально возобновима. Но любимый человек может... даже думать не хочется об этом. Все верно, никто, как говорится не вечен. И под этим любимым человеком, мы подразумеваем отца или мать, к примеру. Понеся такую потерю, мы будем до конца своей жизни думать о том, почему так невозвратно ушел этот человек? Мы будем постоянно печальны...

Скорее всего нет. Но, возможно, мы будем думать уже спустя (не малое) время, о том, что чего-то НЕДОДАЛИ родителю (просто человеку). И нас это будет терзать. Мы понесли одну ценнейшую утрату, так мало того, мы еще терзаемся время от времени тем, что чего-то не отдали, не оторвали от себя!

Итак, потеря чего-либо (кроме себя самих) не может являться главным и, соответственно, безукоснительно подлинным страхом.

Когда нас изъедает желчь утраты и когда мы терзаемся, что не отдали что-то важное: страх ли это?

Так вот; есть страх смерти. А есть (обобщенно) страх жизни. Страх смерти конкретен. Страх жизни - плохо уловим. Поэтому, главным страхом будет являться один из этих двух.

Страх жизни... Чем он характерен? Когда (близкий) человек жив, мы можем бояться за его жизнь. Когда его не стало, за его жизнь мы уже не боимся, но мы БОИМСЯ, что чего-то не додали ему, не отдали чего-то очень важного, что могло бы сделать его жизнь еще более полноценной, не отдали какую-то частичку себя.

Мы не съели продукт и он безвозвратно испортился...

Поэтому, мы крайне бережливы, мы не тратим деньги на те вещи, которые не будем или не сможем использовать. Но так же, мы сетуем или кручинимся, или же сильно жалеем о том, как выяснилось, крайне важном для нас, что упустили, вовремя не «раскошелившись».

Поэтому, страх жизни, это страх упустить что-то доступное и крайне важное (и вполне возможно, мы сами не знаем что конкретно).

Так вот, нам необходимо полноценно активизировать у себя такой страх.

По каким коридорам мысли мы будем блуждать ради этого и сколько времени - вопрос уже второстепенный, особенно в нашем не адекватном (обычной) действительности состоянии. Одно можно сказать с уверенностью, что в таком состоянии это сделать не столь уж трудно, поскольку такой страх (впрочем, как и страх смерти) хорошо сочетается с внутренним психологическим фоном.

Так же, вполне вероятно, что объекта у этого страха не обнаружится (в том смысле, что нам сложно остановить свой мысленный взгляд на чем-то одном, потому что тут же вылезает другое, претендующее на роль объекта такого страха). Это страх «обо всем и не о чем», что впрочем опять же, вполне сопоставимо с тем, что имеем в себе на настоящий момент, касательно психологического равновесия. Если мы остро ощущаем, что боимся не растраты какой-то части себя ради чего-то (вот этого, а может еще этого; а может все-таки и не этого и не того, а вот ЭТОГО...), причем этот страх у нас не прерывается с момента своего возникновения, а устойчиво ощущается внутри, значит мы достигли нужного результата и, кстати, уже начали процесс психологической релаксации (мы вызвали полноценное чувство, которое еще не ведет к психологическому балансу как таковому, поскольку сильно сочетается по характеру с нашей общей субъективной прежде всего не уравновешенностью).

Итак, мы (предполагаем, что) вывели на строго сознательный уровень платформу или основу для последующего внедрения на этот же уровневый план «ссылочного» указателя на реальную причину (стресса). Закрепившись на этой основе, он не ускользнет в пустотность, удержится, так, что мы сможем его сознательно воспринимать.

Совет: в процессе поиска старайтесь избегать мысленной сентенции: «Я боюсь...». Скорее, это должно выглядеть, как: «Моя НЕ РАСТРАТА...». И? «ЧТО Я ИМЕЮ В ВИДУ?!». Две опорные смысловые грани, меж коими мечется мысль. Это формула вышеописанного мыслительного процесса.

Откройте глаза. Отнимите сцепленные руки от живота и соединив их ладони, коснитесь основаниями обоих больших пальцев лба, в самой его середине (для каждого глаза образуется наклонный свод руки). Ваше ощущение мира сходится в точке перекрестных линий (рук), что образовалась перед вашим взглядом.

Весь мир сейчас в этой точке. Так сужен ваш чувственный «кругозор». Так сжат в глубине стимул свободного проявления в отношении этого мира. Какого мира? Того, что сошелся в одну точку перед вашим застывшим взглядом.

Найдите эту точку. Нужно просто присмотреться.

Нашли? Вглядитесь внимательней. В этой точке сжата сила вашей воли. Воли, что дает силу не просто жить, а свершить многое.

Эта точка опорная. Оперевшись на нее, вы можете сдвинуть с места целый мир.

Толкните ее своим взглядом, надавите. Усиливайте мощь давления, волевого своего натиска. Когда испытаете предел напряжения, отодвигайте медленно руки от себя, продолжая фиксировать взгляд на этой точке. Если она исчезла, сделайте попытку найти ее снова; если не получается или утратили точку окончательно, поверните сцепленные руки костяшками пальцев к лицу. Сфокусируйте взгляд на изгибе среднего пальца правой руки (если правша; если левша - на изгибе среднего пальца левой руки). Приближайте к лицу, не отрывая взгляда и кладите сцепленные, но распрямившиеся пальцы на глаза, большие при этом, должны соприкоснуться. Прислушайтесь некоторое время к себе (минуту). Потом начинайте расцеплять пальцы, раздвигая в стороны руки, одновременно сжимая пальцы плотнее и плотнее. Вы будто боретесь сами с собой. Когда произойдет разрыв, закройте глаза, положите руки удобно вдоль тела.

Расслабьтесь. Указатель на причину (стресса), уже у вас в сознании. Ищите его в спокойном состоянии.

Когда наитие подскажет вам, что скорее всего вы нашли, что искали, и убедившись, что явно обнаружили катализатор (стресса), подумайте, что вы можете сделать, чтобы (временно) этот катализатор от себя отвести. Если он не вещественен (воспоминание из прошлого), то произнесите вслух приблизительное: «ОН меня доконает!», «ОН меня доведет до белого каления» и т.д., как вам предпочтительней. Вместо «ОН», разумеется, может стоять, например просто «ЭТО».

Теперь глубоко и медленно вдохните. Так же медленно выдохните.

Наличие существенного результата, безусловно зависит от правильного понимания, прежде всего, общей сути данного психорегулирующего метода, а так же точного выполнения предписанных ментально физических манипуляций.

Упражнение «КРЫША МИРА» поможет вам сбалансировать получившийся результат приватной психорегуляции.

Что бы выполнить его, вам необходимо увидеть небо, в любом его состоянии, даже, если оно сплошь затянуто облаками и предвещает грозу.

Сложите руки на груди, так, чтобы большие пальцы упирались в локтевые сгибы, а остальные были выпрямлены и растопырены. Постойте так некоторое время, глядя внимательно, но расслабленно чуть вниз, фиксируя своим вниманием обе руки, что будто указывают своими пальцами в разные направления в правой и левой горизонтальной плоскости. Когда у вас возникнет ощущение что ваши руки в таком положении своего рода крылья (что-то похожее), медленно поднимите голову и посмотрите на небо. Глубоко вдохните. Слегка задержите дыхание и на выдохе, сожмите пальцы, так, будто цепляетесь сами за себя (даже если руки не прикрыты одеждой, пальцы захватят плоть каждой руки у локтевого сгиба). Приспустите голову. Закройте глаза. Вам очень хорошо. Все спокойно. Вы обретаете уверенность в своих силах. Это психологическая установка, которую не трудно будет «предложить» себе в уже достигнутом состоянии оптимальной ситуационной психорегуляции.

[1] Понятие соотносительно; «психотронный», означает, что в крайне расстроенном состоянии, психика, будто восходит на свой «трон», в последнем приступе «желания» овладеть сугубо личностной ситуацией глубоко внутреннего порядка, отчего становится похожей на взбесившегося и частично утратившего рассудок монарха-деспота, что ошпарен страстью навести какой-то порядок в своем королевстве.

[2] Заключение врача.

[3] Причина, в таком случае, все-таки наличия у людей (не у всех, разумеется) каких-то ярко выраженных страхов, скорее всего в том, что террариуму психологического [само]-«террора» свойственно время от времени переполняться, а по сути, это происходит постоянно и очень постепенно, конечно, с редкими случаями непредвиденных поступлений вне «графика» новых и бывает, что крайне редких гадов.