New Page 1

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Замечательно, если вы еще читаете книгу. Ваш интерес к теме, видимо не исчерпан.

В этом предложении выражена сиюминутная подоплека любого стресса. Мини катализатор, что фактически потенциален, поскольку не имеет формальной опоры в самом себе. Первое предложение (со стороны автора) привносит в общий фон восприятия книги ощущение сдвоенности намерений (со стороны читателя), второе предложение, что по идее должно компенсировать эту создавшуюся предпосылку, на самом деле, только укрепляет ее, но так тонко, что сознанием уловить это обстоятельство психики невозможно.

Это, конечно, только пример. Но он наглядно показывает, как в процессе мышления, мы «ловим» своих задушевных «скребунчиков», что заполняют нас однажды, и начинают шелестеть где-то внутри своими погаными волосатыми лапками... А это, уже пример, образного восприятия своей мысли. Если вы, что-то почувствовали (моментом) на счет «скребунчиков», то вы можете сказать, что наверное, все-таки не образного, а чувственного прежде всего. Верно; но чувство вы восприняли через (пусть не четкий или сложный) образ, ведь, так? Не было бы образа, а (только) голая мысль, что скользнув в обездоленной пустоте сознания, успешно бы растворилась где-то там, за пределами «видимого», то и почувствовать ничего не смогли бы. Голый смысл. И все.

И все это далеко от действительности. И это, то же, еще как верно.

Мысль порождает не просто смысл, она стремится этот смысл «зрительно» взвесить, а на самом деле, не только «(умо)зрительно», но и «слышимо», «обанятельно», «смакательно», и прежде всего осязательно. То есть, по всем имеющимся параметрам восприимчивости. И из-за сплетения (сублимации) всего перечисленного, рождается,.. знаете ЧТО?

Держитесь крепко за (смысл) то, что под рукой...

Мысль, пока активна, функционирует, как живое сознание, которое имеем мы? Да. У мысли, не может быть разумеется ничего сугубо личного или собственнического - она всецело (?) принадлежит нам, но она сама по себе вполне самостоятельна, и это нужно постараться правильно понять.

Она возникает (рождается) и исчезает. Но за этот короткий промежуток времени, она (сама по себе) «проживает» целую «жизнь».

В книге много слов в кавычках - это значит, что написанное не нужно воспринимать буквально или прямо, как написано.

Суть в том, что образ, который формирует мысль, именно живой для нашего ощущения (подсознательного) и вообще, относительно нас как таковых. Образ может не восприниматься сознательно напрямую, но он категорически есть в каждой мысли, как основа или крючок для «цепляния» чувственного адаптера за «живое».

А в чем основная суть-то? У мысли есть сознание, как самоцельная самовосприимчивость, что позволяет мысли в отрыве от личности, как таковой, вести себя вполне самостоятельно, «реагировать» на какие-то факторы (например, осознанность), принимать «решения». Вам кажется это все весьма странным? Насколько странным, если учесть, что в мысли, конкретно, сознательная общая субстанция, как сложная торсионно обусловленная энергетическая структура, завершает себя именно ПРОЕКЦИОННО? То есть, сознание всецело, проецирует свой структурированный (общий) фактор, получая для полноценного процесса адаптации с действительностью, МЫСЛЬ, как завершенный продукт процессуального назначения. Безусловно, в таком случае, сознание включает в этот «продукт» все свои основные характеристики, которые, конечно, изменяются в ракурсе присущей мысли (само)свойственности.

Итак, двойственность намерений. Когда мы мысленно сталкиваемся с такой явной психологической диллемностью, мы подвигаем себя к (пред)стрессовому состоянию. Но сознание устроено вполне рационально. Оно пытается компенсировать такой создавшийся ситуационный фактор. И, делая это по-своему, так как оно это умеет, сознание противопоставляет подобной двойственности свой вариант реагирования на ситуацию. Возникает третий мотив, который идеологически должен замещать первый (двойственный); и при реальном таком замещении, действительно, никаких отрицательных наслоений на (под)сознательном уровне не происходит. Но способно ли наше сознание совершенно действительно замещать такой фактор?

Предположим, вам говорят: «Что вы на меня так уставились?», а потом (тут же): «Я что, музейный экспонат?».

Первая фраза создает психологическое напряжение. Как бы там ни было, чувствуется, что требуется некое продолжение, иначе, и у сказавшего, и у воспринявшего это, где-то за тенью сознания ощущается «зависание» самой... конкретно, сложившейся ситуации.

Хотя, возможен и вариант без продолжения, без «третьего» мотива. Когда у сказавшего подобное... можно сказать так, нет на тот момент накопленного фактора предстрессовости, что еще пока потенциален. Это не значит, что мы непрерывно накапливаем такой фактор - все сложнее в реальности. Что-то компенсируется, что-то не достигает своей накопительной «ниши», как бы «теряется» и т.д. Но эта ниша предстрессового фактора, существует в своем не активном состоянии, как, скажем, существует ведро для отходов в нашем (домашнем) быту. Но ведро надо куда-то выносить при его заполнении? Несомненно. Но лучше, чтобы отходов было как можно меньше, отсюда и автоматическая рациональность сознания. Оно как бы старается возвращать в себя «мусор», что бы определить, насколько он, собственно, мусор, чтобы ведро не переполнялось слишком быстро.

Иначе, как бы свободно мы себя чувствовали в общении! Речь-то не идет о грубости. И в вежливом обращении присутствует тот же фактор. Иначе выраженный, но тот же.

Что-то сказав, мы «проезжаем» эту ситуацию, оставляя ее «за бортом». Сказанное, кстати, не воротишь. И раз уже, что-то сказано, то это, фактически уже другая ситуация, даже если после сказанного наступило молчание. Каждая секунда жизни - своего рода «универсум».

Но в действительности, мы «проезжаем» сиюминутную ситуацию только в том случае, если наше «ведро» для отходов, пусто.

Тогда возникшая («из ничего») ситуация вывернет перед нами информационную накипь и принудит в КАТЕГОРИЧНОМ (то есть, заостренном) обращении к кому-то, искать дополнительный мотив, для компенсации ощущения (в прямом смысле) переизбыточности ситуации. Ситуация перехлестнула через край гармоничного ее освидетельствования собственно психикой.

А раз ситуация «перехлестнула» через край, то это как-то уже не согласуется с нашим жизненным опытом, уже выходит за его действительные для нас рамки. Все вроде бы так. Но это - иллюзия. Наш опыт здесь (фактически) не причем. Для восприимчивости ситуация «перехлестнула» из-за стрессового балласта. Который (!) самокомпенсируется (потому что, совершенно не адекватен общему перманентному и подсознательно выраженному строго субъективному (к личности относящемуся) мотивационному фону)[1] при продолжительном и непрерывном позитивном настрое психически выраженного сознания.

Но непрерывный позитив в жизни - это сказка или не смешной анекдот.

Почему же при «переизбыточности» ситуации, подсознание полагает, что имеет место не согласованность с имеющимся (общим) опытом. Обратите внимание, если вы внимательно читали шестую главу, на то, что в данном случае подсознание улавливает не согласованность с поразительным оптимизмом, в отличие от того, что происходит на самом пороге стресса, однако, то, что оно так хорошо улавливает в более менее сбалансированном состоянии психики, на деле, только и приближает этот самый стресс. Но улавливает, что бы скомпенсировать возможный стресс! Медвежья услуга, однако!!

Но нужно теперь понять, что наше сознание - убогий слепец.

На то, он и «дан» человеку, что бы человек был выше СОБСТВЕННОЙ природы.

Но «выше» не наскоком, нахрапом и суровым выражением лица.

К тому это говориться, что диллемность психической реакции (двоякость, двунаправленность, обоюдовстречность и т.д.) направлена прежде всего на голую (не защищенную) личность, как она есть. Сознание в целом, конечно, не плохо компенсировано; но... оно есть сложная система. Не выразить как сложная. Не определить, конкретно почему, и откуда, что берется. Потому что все в нем, неумолимо утончается до не измеримых пределов. Мозг по сравнению - просто детский конструктор. А что мы, кстати о мозге знаем?..

И вот... смысл мы определили, категории не осмысленности, что принуждает нас не совсем осознанно наращивать у себя где-то не нужный балласт «плохого настроения».

Что же нам необходимо? Не отвечать на грубость? Или придерживать себя, когда как-то грубо уже выступили, дабы не «смягчать» ситуацию, дабы не накапливать еще больше балласта. Все не то. Это не то, что не выход, это отрыв от действительности. Иногда и грубость бывает «к лицу». Смысл - в другом.

Даже, если у нас есть (внутри) балласт стрессовой накипи, мы должны компенсировать его не с помощью мышления, потому что мысль «сама себе голова», и это во-первых, во-вторых же, мышление сугубо сознательная категория, и потому действует по его общим законам.

Нет. Нужно что-то другое. Более продуктивное и надежное.

Но что такое ум? Пусть, скажем так, категория нас самих, как мы есть. Но разве мы, как есть, не зависимы полностью от сознания? Значит, ум нам не помощник, еще тот, «Иван Сусанин».

А какая разница между умом и разумом?.. Да, звучат, по разному. Звучат по разному...

Разум, это ум, взятый один раз, скажем так? Как это, один ум... Нет, все-таки «раз-ум»! «Раз-мер»... «Раз-ум». Размер, значит, один раз отмерить? Нет. Размер, это что-то общее. Размер может быть у песчинки. А может быть, кто знает, и у вселенной... А разум?

А разум, это ум... Что может охватить песчинку, а может и...

Нет, так, пожалуй можно слишком далеко зайти.

Разум - это разум. Гомо-сапиенс. Дровосек. Нет... Инженер. Нет. То есть, да, но артист, то же.

Вы улыбнулись? Хорошо, если так. Это был пример (упрощенный, но в ракурсе основной тенденции) поисковой работы сознания. Посмотрите, оно нам действительно в данном случае никакой не помощник. Оно только путает.

Путает,.. но кого? Или что? Само себя? НЕТ!!! Сознание запутаться не способно. Оно и зовется так: С О З Н А Н И Е. То есть, «все» оно знает или пребывает со знанием. А путает оно - именно ум. Разум же, есть просто настоящий момент функционального ума; действительно, можно сказать, ум взятый один раз. Просто ум вне настоящего момента, это прострация (возможного) понимания. Ум в настоящем моменте требует конкретности - и прежде всего от сознания. Но целиком опираясь на него, ум часто проигрывает.

Что же, запретить сознанию руководить (напряженной) ситуацией?

Попробуем соединить три исходные ситуации: когда мы проявляем инициативность и делаем, например замечание, но нас устойчиво игнорируют (не обязательно молчат, кстати); когда нас откровенно оскорбляют; и когда нас задевают за самое живое.

«А что, ты какой-то особенный? Думаешь, на тебя большая охота смотреть? Ты же ничего из себя не представляешь!»

В принципе, это возможная диалоговая ситуация, в которой мы упрощенно (как бы) рассмотрели пример сочетания сразу трех ступеней психологического поражения.

Попробуйте соотнести подобную ситуацию с самими собой. Приятного, в общем-то мало...

На вас долго «глазели», вы среагировали. Могли бы и промолчать, но предположим, деваться некуда; не можете вы ни отойти от места, где совершается психологическое «насилие», ни, может быть отвернуться в другую сторону, чтобы не видеть назойливого наблюдателя. Можно ведь и просто игнорировать, и игнорировать, пока тому самому не надоест. Можно. Если ваше ведерко для «мусора» совершенно не заполнено, а отдает ощущением первозданной чистоты.

Тогда вы такого «соглядатая» может и вовсе «не заметите». Во всяком случае ваше сознание реагировать на него не будет. Соответственно, не придется реагировать и уму.

Итак, в ситуации «принудительного реагирования»[2] необходимо, что бы подсознание умело автоматически «отсоединять» сознание от чистого ума. А значит, фактически, отсоединять от присущего этому сознанию (обусловленного самого по себе) жизненного опыта. Есть реакция сознания на описанную (примерную) ситуацию. Это первый толчок, что еще не отобразился на чувственности. И от этого толчка запускается подсознательный механизм блокировки сознательной приоритетности в ситуации. На сцену выходит ум, как он есть. Конечно, сбросив доспехи сознания, он будет чувствовать себя, как улитка без домика. НО (!!!), он совершенно не ограничен в свободе действия.

Он не зависит от диктуемой сознательно необходимости как-то реагировать на возникший прецедент. Он свободно решает, как ему поступать, не обремененный стесняющим рассудок чувством ущемленности перед кем-то или чем-то. И в том числе, чувством ущемленности перед сугубо внутренними ситуационными «наветриями», что особенно важно, потому что психика, прежде всего всецело зависима от (из)внутренних факторов.

Здесь мы так свободно отделили ум от живительной субстанции, именуемой сознанием. Но это просто для наглядности. В реальности, конечно же, это должно происходить не (совсем) так. Все, что есть в нас, ум, сознание, интеллект, интуиция, нечто, что обычно зовется совестью и т.д. - сцеплено в нас не просто в комплекс, это так же не верное представление. Не просто в систему. Это связка сверх сублимированного конструктора, под характерным названием «будь собой», что как-то перекликается с не менее многозначимым «сделай (себя?) сам».

Надо бы, конечно добавить, что описание такого ментализированного процесса должно все-таки восприниматься как нечто относительное, в любом случае. Потому что, словесно начертать диалог и разложить психологические мотивы этого диалога по полочкам смысловых категорий, далеко стоящие друг от друга спецификации этого самого смысла. Мы же здесь пытаемся вывести эти спецификации, вообще за пределы стереотипной работы сознания и ума.

Сознание осознает ситуацию, то есть, соответственно, выполняет свою прямую функцию. Это осознание («ВОТ - смотрит...»), безусловно влияет на личность, что прежде всего реагирует на такое осознание совершенно подсознательно, поскольку именно оно определяет общий характер любой нашей реакции. Через подсознание глубоко личностный стимул (той личности, что «не знает» своего имени; то есть, при амнезии, скажем, имя может быть утрачено - личность, разумеется, никогда) преобразуется сквозь ментальное призматическое зеркало, что отделяет два уровня сознания в общем друг от друга, неся в себе фон реакционного настроя, что в самом сознании, уже успешно локализуется на объекте или, если ум решит, что «чихать он хотел на всяких», то не локализуется, а отклоняется под прямым углом к проекции самой личности на сознание, становясь таким образом, для коренной глубинной личности «зазеркальем». Понятно, что описываемое, скорее всего, лес дремучий для читателя, но с другой стороны такие процессы только так и возможно описать, в попытке не удалиться очень далеко от подлинной картины таких внутренних особенностей ментализированной среды.

Но, если зеркальная призма замутнена засореньями, которые не успели полноценно компенсироваться, то в зависимости от степени этого засорения (т.н. «помраченность», но это относительный термин), личностный психо-стимул, что облачен в (несет в себе) соответствующий фон, войдя через призму в сознание, сделает это искаженно. По-другому говоря, будет иметь место РАССЕИВАНИЕ такого стимула по плоскости сознания, а следовательно, отклонения под прямым углом быть не может, поскольку нет четкости (векторов психо-стимула). Но, в самом сознании уже есть локализованная направленность, это не что иное, как активное осознание какого-то объекта, что «загнал в ситуационный тупик». Значит, как бы психо-стимул не был рассеян, он собирается «в пучок» этой локальной направленностью (доминирующий Вектор). И? «Лупит» в объект всей мощью своего негодования. С физикометапсихической точки зрения, это есть попытка глубинного адаптивного механизма, которым мы не сознательно всецело пользуемся с рождения, установить необходимый баланс прежде всего САМООТНОШЕНИЯ, потому что от этого баланса зависит все остальное.

Уму, в такой ситуации, отводится весьма не значительная роль безвольного наблюдателя, не смотря на то, что ум от своей природы обладает силой, которая сознанию и «не снилась». И сущность этой силы в уже описанной ранее его способности «пустотного сплинта» или способности расщеплять пустоту. Вам может показаться, что тут не мало мистического, то есть таинственного, необъяснимого вразумительно и т.д. Это не совсем так. То есть, понять-то, возможно будет и не просто. Но объяснить - более менее доступным языком, в принципе, не проблема.

Расщепить пустоту, означает, обнаружив связь между (двумя) явлениями (эта связь не облачена даже в форму, она сама по себе пустотна, она лишь связующее «звено»), тут же (внимательно взвесив), обнаружить между этими двумя некоторое отсутствие прочной связи (не соответствие). Связь есть (с одной стороны); связи нет (с какой-то иной). Это всего лишь метод дедукции. Это анализ, на который сознание само по себе НЕ СПОСОБНО. Оно способно лишь сопоставлять (смысловые) категории по каким-то (завершенным) параметрам.

Не смотря на кажущуюся простоту формулировки, определенное ею явление на множество порядков сложней. Поскольку речь идет о связующем факторе для отдельных явлений, которые являются либо причиной чего-то, либо уже следствием.

Итак, доминирующий Вектор, который создало осознание факта «присутствия» в ситуации или, по другому, обнаружение описанной ранее в качестве примера ситуации, что и есть конкретное осознание ее факта, локализует психо-стимул на объекте этого осознания, в случае, если этот психо-стимул, несущий в себе фон реакционности, сам по себе не строго локален; в обратном же случае, психо-стимул полноценно отклоняется под прямым углом к проекции личности на «внешнее» сознание. Так потому, что основная функция сознания (как его коренное свойство) - это «собирательность»; выше говорилось, что сознание с успехом сопоставляет всякие категории, собирая их в сплоченную картину действительности. Поэтому, если «вектор» психо-стимула (изрядно, тем более) рассеян, собирательная свойственность «внешнего» сознания являет себя во всей полноте. А если вектор локален, то есть сужен? Если он не преломился в зеркальной призме разделительной грани? Суть в том, что в таком случае, сознание не способно его с чем-то связать или установить присущую ему связанность, поскольку другого такого явления, как «Эго» в строго индивидуалистическом ракурсе нет и быть не может (впрочем, мы обсуждаем случай нормализованной психики). Поэтому, сознание пропускает (игнорирует) такой стимул, который свободно отклоняется под прямым углом и «удаляется» в зазеркалье ментализированной структуры сознания. «Зазеркалье», означает, что «существует» некий мир, который не существует (?) ... Сейчас, мы рискуем углубиться в разбор сознательной субстанции на составляющие.

Кажется, вовремя остановились, а то конца этой книге было бы не видно.

А именно то, которое возникает, когда ум проявляет инициативность, имея ситуационную идею не сложного характера, что категорически «требует» немедленной реализации; и, не в силах эту инициативу завершить, дабы «отчитаться» перед фактором (само)ответственности (не удивляйтесь излишне: как написано так и есть), не будучи способным РЕАЛЬНО (сознательно) связать эту внешне направленную идею со своим субъективно выраженным опытом (то есть, буквально, ПРИМЕНИТЕЛЬНО К СЕБЕ), попадает в зацикленный «сдвиг» этой идеи в сторону сознания, как такового (стремится сбросить груз), что, конкретно для ума, напоминает «гонки по вертикали», когда он совсем не подозревает, что движется с тенденцией обратного возврата. И именно потому так, что сознание этот престранный груз не принимает: ему так же не с чем его связать.

Благодаря психике. «Этой» вообще все равно, что там творят ум с сознанием или, что творит ум со своим сознанием. Через эмоциональность она «встряхивает» этот процесс, отчего «груз» сбрасывается в «утиль», то есть растворяется в зеркальной пограничной призме, искажая ее кристальность.

Если нам «повезет» и мы долгое время будет пребывать в спокойном состоянии, а так же в некотором избытке хорошего настроения, то эта призма «рассосет» затемнение («помрачение», которое, впрочем, конечно же не растворится в пустоте, но перейдет в состояние голой причинности (сверхподсознание) и возможно, очень долго или даже никогда, никак не проявит себя в этой жизни).

А, если ум инициативность не проявляет, не имея, к тому же, никаких собственно-волевых идей, но психика вынуждена (резко) реагировать на внешний источник «влияния», то, что с умственно-сознательной связкой происходит в этом случае? Вынуждено реагирует психика, все так. Но разве ум сам по себе, являясь ее фактической оборотной стороной не в состоянии расщепить пустоту создавшейся связи, и этим смягчить психический выплеск (стрессовой) реакционности? Еще как в состоянии. Но «горе» ума именно в том, что он накрепко связан с сознанием, то есть полностью зависим от фактора осознанности, которая создает общее ощущение фактичности воспринятого.

А сознание тенденциозно... только упрочняет связь ситуационно сложившихся явлений. Поэтому и здесь происходят «гонки по вертикали», только отображенные наоборот (представить это уже будет сложнее).

А что, в случае задетой за самый корень «самомнительности», когда на прочность испытываются не какие-то ситуационные идеи, а так же скороспелые идеи-«пустышки», а самые основательные и проверенные временем? Осознание повергает психику в ступор, ум же, ища опору в способности сознания совмещать совместимое (что естественно, поскольку таким образом формируется накопительность жизненного опыта), пытается (!) в такой «тяжеловесной» ситуации применить свою способность к расщеплению вероятной пустоты создавшейся связи, на что его очень активно подвигает психологический ступор (почему именно подвигает, объяснить будет уже сложнее для адекватного понимания).

Осознание здесь крайне активно. Потому что, когда вам «наплевали в душу», у вас внутри сдвигаются со своих (и общей) платформ, многие цельные стереотипы отношения к действительности в определенном ракурсе жизненного опыта. Вы переживаете потрясение сугубо личного порядка. Если вас просто проигнорировали, когда вы проявили активность в стремлении просто как-то (на текущий момент) повлиять на внешнее, это дождевая капля упавшая на темя. А, если задели за самое нутро? Градина со страусиное, может быть яйцо, угодившая туда же. Так и «убить» ведь может.

Сила такого осознания настолько велика, что оно приводит психику в состояние ступора. Даже эмоциональность будет подавлена. Почему? В то самое время, как это же самое сознание СОВЕРШЕННО не понимает (не устанавливает связи), почему стала возможной такая ситуация. Ведь, вряд ли вас заденет за живое какими-то своими словами сторонний прохожий, верно? Хотя и это не исключено, если вы слишком впечатлительны и мнительны слишком не обосновано. Итак, двойственная ситуация сознания. Оно само В СТУПОРЕ. Остается оголившийся ум, который пытается расщепить пустотность создавшейся связи, используя для этого... ресурс сознания.

Явно выраженный ум должен научиться обходиться без сознательного фактора, в ситуациях подобной психо-сознательной «замкнутости». Его нужно - ОСВОБОДИТЬ.

Но, это не значит, что мы как-то «отрываем» ум от сознания. Связь, безусловно не куда не денется. Только она станет еще и «оборотной».

Есть «вещи», которые мы осознаем. Есть так же, нечто, что мы не осознаем, причем совершенно. И все это тесно касается нас. И осознаваемое (явно и не явно) и вовсе не осознаваемое. Что же конкретно есть Сознание? Если сейчас, мы его, вдруг, подразделили на целых два фактора. Медаль поворачивается к нам своей оборотной стороной? Но у всякой медали их две...

Есть осознанность. Ум, функционально имеет с ней прямую связь. Прямой путь умственного «диалога» с сознанием, что имеет два направления: ум, воспринимающий осознание, ум творящий осознание. Есть не осознанность. Это оборотная сторона самого сознания, что никак не активна для (явного) ума. Связь только потенциальна; даже сказать, что косвенна - будет не правильным.

Почему ум, в выше описанных случаях, опирается целиком и полностью на сознание, то есть, буквально, ЗАВИСИТ от него? Только лишь потому, что у него нет возможности альтернативного выбора. А если мы дадим ему такую возможность, в виде, конкретно, НЕ СОЗНАНИЯ? Ум, в чрезмерно перегружающих психику ситуациях, будет опираться на него??

[Не-сознание], как оборотная сторона фактического сознания, которому свойственна «собирательность» адекватных элементов действительности, имеет совсем противоположное общее свойство, «расчленительности», «разобщенности» и т.д., будучи таким же активным, как само (явное) сознание, влияя «исподтишка» на субъективный фон адаптивности к настоящему, что связано с прошлым и вероятным будущим. Это выпадение из памяти каких-то фактов (слабо связанных со сплоченной формацией сознательного опыта), деструкция понимания и т.д. (как простейшие примеры). Разумеется, можно возразить, что «дырявая память» скорее всего связана с физиологией мозга, какими-то заболеваниями, отклонениями от правильного образа жизни, курением, алкоголем (чем-то еще?). Да, безусловно; когда нарушается общий физиологический баланс организма, это сильно влияет на энергетическую составляющую сознательной субстанции, что в свою очередь нарушает баланс связки психика-сознание-ум. И, если по каким-то причинам, потенциал обратной стороны сознания (осознанности) возрастает не адекватно общему равновесию, мы что-то начинаем забывать, совершать может быть нелепые ошибки, не просчитывать до конца вероятности (в чем подсознание за период всего эволюционного развития особенно «поднаторело», имея в себе мощную базу механизма прокрутки не конкретизировано выраженного жизненного опыта) и... случается не видеть элементарной связи в явлениях происходящего.

В то время как (повторимся еще раз) сознание совершенно автоматично и вполне универсально в установлении (комплексно, причем) адекватных связей. Но как, так же говорилось, наш субъективный опыт «не оригинален», он относителен. И если полагаться всецело на него, можно сформировать такое («аховое», скажем) мировоззрение и плеяду категоричных взглядов! Сами не рады будем. Поэтому (почему конкретно, уже другой вопрос) мы не столь односторонни. А в смысле свободы самопроявления, вообще, СОВЕРШЕННЫ. Мы зависим от собственного опыта, это так. Но зависим никак не прямолинейно. Благодаря, НЕ сознанию, кстати.

Однако,.. эту не прямолинейность мы даже подсознательно не ощущаем, поскольку оборотная сторона сознания напрочь сокрыта от (явного) ума.

Но, даже обнаружив для себя эту оборотную сторону любого осознанного факта, ум не сможет работать в этой «среде». Инстинктивно, он приучен опираться целиком на фактор связанности явлений. Что-то проистекает из чего-то. За ночью следует день и т.д. А мир устроен несравненно сложней. И опять, это уже снова отдельная тема.

Уму необходимо явно обнаружить у любого осознанного (воспринятого сознательно) явления его оборотную сторону. Что, конкретно, это может значить? Допустим, вы проснулись (сегодня) утром и осознали (вспомнили, иначе), что у вас день рождения. Вы сладко потянулись, улыбнулись чему-то в своей душе и сели на постели. Ваш взгляд упал на настольные часы, которые кроме времени отображают дату. Остатки улыбки все еще держатся на вашем лице, пока вы все более не доверчиво медленно осознаете, что проспали собственный день рождения. Вы (вероятно) коротко и умеренно, не очень громко, а может и запальчиво ругаетесь, потом встаете и, понимая, что это абсурд, все-таки растеряны под давлением на еще полусонный рассудок такого (совершенно бессвязного с вашими намерениями) осознавания. Вы... либо «сетуете» (скажем, приспустив голову и охватив лоб ладонью), потом еще раз (коротко) ругаетесь, потом... либо, [подходите] задумчиво к часам, смотрите внимательно на цифровое табло, может быть хмурите лоб. Причину такого престранного скачка даты вы пока не поняли, разумеется. Но вы ощущаете что-то такое в осознании этого факта, что мешает вам психологически «ЦЕПЛЯТЬСЯ ЗА СИТУАЦИЮ»!!!

А все дело именно в том, что ваш явно выраженный ум имеет установленную прямую связь с оборотной (теневой) стороной сознания, стремясь взять под контроль и ее!

Осознание факта, что в обычном случае повергает в около стрессовое состояние, через ум «просеивается» сквозь его же НЕ осознание. С позиции ума, возникает психологически обусловленная ситуация «перетягивания каната» правомерности такого осознавания. Факт существует. Ум регистрирует это на уровне чистого понимания. Его наличие - не весомо для психики, а в любом случае нейтрально. Сбалансировано.

Это есть совершенно целостное (не ущемленное) осознание всего, что только возможно осознать.

И тем более, в состоянии психологического ступора, такой ум будет иметь возможность не односторонне, а охватно взвешивать ситуацию, имея ПОТЕНЦИАЛ не сознания, в качестве способности подвергать сомнению уже прочно осознанное.

А значит, никогда не произойдет «зацикливания» в связке психика-сознание-ум.

Ум компенсирует переизбыточность ситуации за счет открытого пути выхода на фактор НЕ сознания. Пользоваться намеренно этим фактором глубинная личность через свой ум не сможет, но через психический «сбой» устанавливать в момент (!) надлежащее равновесие в себе, обязательно.

И - поскольку ум реализует себя через мыслительный процесс, в плотной привязке к сознанию, но так же имея свободный выход на его оборотную сторону (сторона противления), мышление станет более цельным и не зависимым от тех категорий опыта, которое предлагает сознание, для освидетельствования действительности. Теперь ум будет способен выбирать, что ему принимать как факт из предлагаемого сознанием комплекса связанных идей, а что, как не верный или не адекватный действительности «идеологический продукт». Попробуйте, все-таки уловить существенную разницу: вам что-то предлагают как идею со стороны и (?) вам предлагает идею, для формирования очередного взгляда (на жизнь), что, в свою очередь повлияет на формирование вашего завтра, ваше же собственное сознание; которое как-то странно меняется, когда вы спите, которое может утрачиваться вами во время обморока (всецело поворачиваясь к глубинной личности своей оборотной стороной), которое говорит странные вещи, когда вы употребили спиртное, которое может быть свежо и ясно, а может наоборот, уныло, которое многое знает, но во многом ошибается, которое видит суть, но тут же не представляет насколько она существенна. Оно необходимо, без него нет живого существа. Но в своей самодостаточной полноценности, оно делает нас чрезмерно зависимыми от самих же себя.

Отведено ли ему хоть какое-то значимое место в плане определения бытия? Дана ли ему достаточная для этого свобода?

И этот потенциал есть возможность раскрыть.

[1] Как правило, подсознательно личность не желает себе чего-то плохого.

[2] А это, в принципе, есть любая ситуация напрягающего психику характера.